Афиша
Манифест
Концепция
Учредители и дирекция
Жюри



ТЕАТР НА ЭКСПОРТ. В Москве закончился второй фестиваль «Новая драма». Отечественные пьесы успешно осваивают мировой театральный рынок
Эксперт (29-09-2003)

Главный итог «Новой драмы-2003» — российские драматурги доказали, что могут успешно конкурировать с зарубежными коллегами. Отечественные авторы наконец-то перестали искать особый, третий путь для нашей драматургии и научились производить вполне «форматные», как выражаются в шоу-бизнесе, пьесы.

Формат новой драмы — это краткость, проблемность и юмор. Пьеса должна быть коротенькой: больше двух часов современный зритель в театре высидеть не в состоянии. Она должна поднимать актуальную проблему — например, война в Чечне или клонирование. Связный сюжет не требуется — его может заменить гроздь сценок, связанных идеей пьесы. Все это необходимо сдобрить дюжиной острот, чтобы публике было легче переваривать услышанное. Всем этим требованиям большинство новых русских драм соответствует идеально. Это сулит им реальный успех на мировом театральном рынке.

Путешествие в ад 

Пьесы, представленные на фестивале, независимо от места производства были похожи не только по форме, но и по содержанию. Одно из забавных совпадений — сразу два спектакля в фестивальной программе были своеобразным римейком «Божественной комедии». Тридцатипятилетний классик македонского театра Деян Дуковски, автор кинохита «Пороховая бочка», написал сюрреалистическую пьесу «Твою мать, кто первым начал?!». В ней простые смертные общаются с богом, ангелами, чертями. Стреляются, спорят о смысле жизни и занимаются сексом с такими колоритными персонажами, как Доктор Фаллус. Действие перебрасывается из ада в рай, с земли в чистилище, и везде оказывается несладко — и в этом мире, и в ином все врут, воюют и ругаются нехорошими словами. Что тот мир, что этот — как сказал бы кумир молодых драматургов Бертольт Брехт.

Тридцатичетырехлетний Максим Курочкин, самый раскрученный драматург своего поколения, автор хитовой «Кухни», написал пьесу «Трансфер» про нисхождение в ад. Выглядит путешествие в загробный мир как обычная турпоездка. Герой, новый русский, захандрил и решил прошвырнуться по преисподней. Переговорил с «представителями принимающей стороны», выяснил условия и цены. Съездил, поглазел на достопримечательности («А где Лета, а где Стикс? Где речки-то?!» — возмущался его любознательный спутник), поболтал с чертями, пообщался с самим господом богом и вернулся домой.

Это совпадение не случайно. Просто к сочинению пьес, как и вообще к литературному труду, в России стали относиться со здоровым профессионализмом. Это уже не столько творчество, сколько производство качественного театрального продукта, полностью соответствующего мировым стандартам. Драматурги наперегонки гоняются за модными темами и наперебой подхватывают актуальные сюжеты. Дуковски и Курочкин осваивают метафизику.

Грегори Берк (Шотландия) и Рут Марграф (США) разрабатывают тему нелегкой жизни шахтеров. А Рабсон Хланга из Зимбабве в своей пьесе «Кризис плана» и тандем Максим Курочкин-Александр Родионов в «Борьбе молдаван за картонную коробку» обсуждают проблемы нелегальных иммигрантов.

Феминисты

Режиссеры тоже торопятся соответствовать мировой театральной конъюнктуре — даже с редким для России бесстрашием осваивают феминистские сюжеты.

Джулиано Ди Капуа, петербургский режиссер итальянского происхождения, сделал то, что до него побоялись сделать Роман Козак, главреж театра им. Пушкина, и Кирилл Серебренников, культовый режиссер поколения пепси. Он осуществил первую русскоязычную постановку знаменитой пьесы американки Ив Энслер «Монологи вагины».

Получилось это у него, прямо скажем, не очень удачно. Он впрямую скопировал мизансцены и костюмы, в которых обычно ставят на Западе драматический хит Энслер. Однако у русскоязычного зрителя его спектакль будит неожиданные ассоциации. Больше всего это пафосное шоу напоминает правительственный концерт. Четыре артистки в алых платьях по очереди выходят на авансцену и клянутся в любви своим вагинам. Невыносимо торжественная музыка звучит из динамиков. А когда пожилая актриса, точная копия Людмилы Зыкиной, начинает глубоким контральто выводить что-то вроде «вагина ты народная, как море полноводная», начинают хихикать даже самые убежденные феминистки.

Более умело придает товарный вид западным пьесам Михаил Угаров, организатор и вдохновитель «Новой драмы», недавно переквалифицировавшийся из драматургов в режиссеры. Его стиль — минимализм, доведенный до предела. На сцене стоит несколько стульев. Актеры, печатая шаг, выходят на сцену, садятся и докладывают свой текст, стараясь не играть голосом и не шевелить лицевыми мускулами. На этом фестивале Угаров представил свою постановку «Трансфера» и сорвал аплодисменты. Не менее успешной оказалась читка пьесы «Количество» классика английской драмы и заядлой феминистки Кэрил Черчилл. Жанр читки вообще как нельзя лучше подходит новой драме. Это значит, что пьесу не играют, а просто читают на голоса. Она идет без декораций, без костюмов, без музыки и прочих театральных спецэффектов. И жутковатая история Черчилл про человека, который решил размножаться путем клонирования и волей случая оказался отцом 21 сына, доказывает, что не нуждается ни в каких ухищрениях режиссуры, чтобы на час приковать нас к креслам.

Новые левые

Но самое успешное направление новой русской драмы — это по-прежнему так называемая чернуха. Впервые она появилась вместе с перестройкой, когда Главлит исчез, а драматурги стали самовыражаться на полную катушку и сочинять исключительно криминальные истории из жизни бомжей и проституток. Некоторое время чернуха была самой выгодной статьей драматургического экспорта. Пьесы про ужасы посткоммунистической России раскупались как горячие пирожки и шли по всему миру. Потом интерес к плодам перестройки пошел на убыль. Чернуху отпели и похоронили.

Однако не прошло и десяти лет, как она возродилась под именем new writing, «новое письмо». Оказалось, что именно истории из жизни бомжей и проституток пользуются наибольшим спросом на западном рынке драматургии. Моду на чернуху в стиле new writing ввел лондонский театр «Ройял Корт», в лабораториях которого взросли такие культовые авторы, как Сара Кейн, Марк Равенхилл и Патрик Марбер.

Михаил Угаров и Елена Гремина, придумавшие фестиваль «Новая драма», несколько лет назад стали собирать вокруг себя молодых драматургов, предлагая им работать по рецептам «Ройял Корта». Результат превзошел все ожидания. Отечественные авторы научились писать жесткие документальные драмы, а «Ройял Корт» стал устраивать им гастроли на своей сцене. Сейчас на ней играют «Терроризм» братьев Пресняковых, а год назад там показывали «Солдатские письма» екатеринбургского театра «Бабы». Благодаря гастролям на сцене «Ройял Корта» мировую известность получил двадцатипятилетний Василий Сигарев. За свою первую пьесу «Пластилин» он получил приз газеты «Ивнинг стандард» из рук живого классика Тома Стоппарда, причем Стоппард сказал: «Если бы Достоевский жил сегодня, он написал бы 'Пластилин'». Вторая пьеса Сигарева — «Черное молоко» — собирает восторженную прессу и хорошую кассу и в Британии, и в США. Но ему в затылок уже дышат молодые и честолюбивые соотечественники.

На «Новой драме-2003» показывали и «Персидскую сирень» главного отечественного чернушника Николая Коляды, и новые пьесы его молодых коллег, творчески развивающих достижения отечественной чернухи.

Галина Синькина закончила свой проект «Преступления страсти» — пьесу из жизни женщин-заключенных, убивавших из-за любви. Родионов и Курочкин представили спектакль «Борьба молдаван за картонную коробку» — про нелегальных иммигрантов, живущих на рынке в картонных коробках. Оказалось, что хорошо знакомая нам чернуха удачно вписалась в контекст модных на Западе интеллектуальных течений. Интерес авторов к жизни на дне позволяет продемонстрировать левые настроения, по-прежнему актуальные среди интеллектуалов. Акцент на лабораторную работу и отказ от сиюминутного коммерческого успеха свидетельствуют о здоровом антиглобализме. Благодаря фестивалю «Новая драма» отечественный театр попадает в эпицентр современной идеологии и успешно осваивает самые модные театральные технологии. 

Даже буржуазный, коммерчески успешный, богатый театр под руководством Олега Табакова пошел на поводу у модной тенденции и поставил пьесу шотландца Грегори Берка с многозначительным названием “Gagarin Way”. Это история о том, как два жителя вымирающего шахтерского городка захватили в заложники представителя транснациональной корпорации и как дважды два доказали ему, что именно его корпорация разорила их город и довела жителей до ручки. Этот черный фарс, пронизанный ностальгией по коммунистическим идеалам, как нельзя лучше смотрится на родине Гагарина.

Фестиваль «Новая драма» стал идеальной стартовой площадкой для молодых российских драматургов и режиссеров. Здесь они узнают, что «носят» в этом сезоне, открывают актуальные темы и приемы и получают шанс показать себя. А это значит, что вскоре они сами смогут задавать моду на мировом театральном рынке — все-таки традиция производства качественного литературного продукта еще жива.

Фото Михаила Гутермана

Виктория Никифорова


Вернуться к спектаклю
 
 Ассоциация «Новая пьеса», © 2001—2002, newdrama@theatre.ru